16 октября 2021 г.

 

Бахрам Батыев

Caliber.Az

Вчера, 15 октября, из Тбилиси пришла печальная весть – в одной из больниц от коронавируса скончался известный армянский правозащитник, председатель Кавказского центра миротворческих инициатив Георгий Ванян. Ему было всего 58 лет. Сказать, что мне очень жаль, значит не сказать ничего. Георгий был из тех людей, которые мечтали поменять мир в лучшую сторону, примирить два враждующих народа – азербайджанцев и армян.



Но, к сожалению, именно в своей стране, среди своих соотечественников Георгий так и остался непонятым. Достаточно просто взглянуть на вчерашние публикации в азербайджанских СМИ, которые с прискорбием сообщили о его безвременной кончине, а также его ленту в Фейсбуке, где подавляющее большинство выражающих соболезнования – азербайджанцы, чуть меньше грузины, еще меньше – европейцы, с которыми он работал на ниве миротворчества, и всего парочка соболезнований от армян. Я уж не говорю про ведущие армянские СМИ, которые обошли эту грустную новость стороной…

С Георгием Ваняном я познакомился в марте 2011 года, когда по его приглашению вместе со своим коллегой и близким товарищем Ризваном Гусейновым отправился в Грузию, чтобы освещать очередные обсуждения в рамках Текалинского процесса. Не буду утомлять читателей пояснением того, что это за процесс, скажу коротко. Текали – это населенное азербайджанцами грузинское село, расположенное на стыке границ Грузии, Азербайджана (село Шихлы Газахского района Азербайджана) и Армении (село Бердаван Ноямберянского района Армении), которое Георгий выбрал в качестве эдакого моста дружбы между тремя народами, где, по его задумке, необходимо было развеять вброшенный Робертом Кочаряном и поддержанный ура-патриотами Армении тезис об этнической несовместимости армян и азербайджанцев.

Так в марте 2011 года на грузинской стороне КПП «Красный мост» состоялось мое очное знакомство с Георгием (заочно мы знали друг друга уже некоторое время, поскольку до этого я брал у него интервью и комментарии по тем или иным вопросам армяно-азербайджанской повестки). Говорят, что первоначальное мнение о человеке обычно формируется с первых минут личного общения. В нашем случае получилось именно так: Георгий произвел на меня самое положительное впечатление своей открытостью, немного грустной улыбкой, доброжелательностью. Несмотря на ощутимую разницу в возрасте, Георгий, глядя в глаза, сразу же предупредил: «Бахрам, дорогой, мы не на симпозиуме, давай сразу перейдем на ты». Уже по дороге в Тбилиси я с удивлением для себя узнал, что в детстве Георгий провел не одно лето у своих близких родственников, проживавших в бывшем Шаумяновском, ныне – Гёранбойском районе Азербайджана. Он очень тепло рассказывал о тех годах. А еще все время напевал незатейливый мотив из какой-то популярной в те годы азербайджанской песни. «Слушай, какая хорошая у азербайджанцев песня. Весь куплет состоит всего из одного слова: sən, sən, sən», - улыбался Георгий.

Конечно, мы не могли обойти стороной и тему Карабахского конфликта. По словам Георгия, он всегда задает армянам, считающим оккупированные азербайджанские территории своей родиной, всего один вопрос: «Если это освобожденные территории, если это ваша Родина, то почему же тогда вы до основания разрушили Агдам, Физули? Разве свою Родину разрушают?».

Ту ночь мы – я и Ризван Гусейнов – провели, рассказывая Георгию о геноциде азербайджанцев Ходжалы. Он слушал очень внимательно, было видно, что это не попытка сделать нам, азербайджанцам, приятное, а именно желание узнать всю правду. Он часто перебивал наш рассказ вопросами, качал головой, не переставая курил, а уже под утро сказал, что практически ничего не знал о том, что произошло в ночь на 26 февраля 1992 года в Ходжалы.

- Нам в Армении либо не рассказывают об этом, либо преподносят совершенно в ином свете. Но то, что вы рассказали мне, очень ужасно. Простите нас, азербайджанцы, - с дрожью в голосе сказал Георгий…

В последующем я еще не раз встречался с Георгием Ваняном в Грузии, освещал заседания Текалинского процесса. И всякий раз, видя, что на них приезжают и журналисты из Азербайджана, Георгий искренне радовался.

- Очень важно, чтобы эти мероприятия не остались междусобойчиком, мол, собрались азербайджанцы, армяне и грузины, поговорили о том, о сем и разошлись по своим делам. Нет, важно, чтобы армянские и азербайджанские журналисты освещали слушания, доносили до своих аудиторий мысль, что мир между двумя народами возможен, - говорил Георгий.

А потом были его попытки провести в Армении фестивали азербайджанских фильмов. Помню, как я, азербайджанский журналист, переживал, когда в журналистский клуб «Аспарез» ворвались фашиствующие армянские молодчики с целью сорвать показ азербайджанских фильмов, как Георгия подвергали моральному и физическому насилию. Помню, какие акции протеста армянских националистов тогда проходили в Ереване и Гюмри, как под давлением СНБ хозяева заведений, в которых должны были показывать азербайджанские фильмы, виновато извинялись перед Ваняном и говорили, что не могут предоставить ему помещения…

В последние годы Георгий жил в тяжелых социально-бытовых условиях в деревне. Но он ни на минуту не прекращал дела всей своей жизни – примирения азербайджанского и армянского народов. Азербайджанская общественность по достоинству оценила его усилия, с уважением отзывалась о Георгии, и искренне переживает безвременный уход армянского правозащитника и миротворца. Но в собственной стране он так и остался непонятым. Большинство армянских СМИ цинично проигнорировало смерть Георгия Ваняна, а самые оголтелые ограничились бесчеловечным сообщением: «В Грузии скончался азербайджанский пропагандист армянского происхождения Георгий Ванян».

Грустно. Грустно от такого отношения к нему со стороны его соотечественников. Грустно от осознания того, что столь светлого и чистого человека, посвятившего свою жизнь миру между двумя народами, больше нет с нами.

Комментарии: