11 апреля 2017 г.


www.1news.az/

Используя циничную и характерную методику бесцеремонного подлога, «армянская традиция» внесла грубые искажения в содержание священной книги христианства – Библии. Существенной особенностью измышления о Хайке было то, что «армянская традиция» изначально задумала представить эту небылицу, как часть обще-христианской мифологии. Именно поэтому фантом прародителя хайев оказался беспардонно втиснутым в родословие сыновей Ноя в качестве сына Торкома и внука Яфета.



Уверен, что читателю хорошо знакома характерная склонность армян к рассуждениям о своей невероятной «древности».
Эта склонность характерна до такой степени, что она давным-давно стала неотъемлемой чертой армянской этнопсихологии.  Не будет новостью для читателя также и то, что разговоры о «древности», как правило, сопровождаются заверениями о наличии исторических свидетельств и документов, якобы, превращающих армянское мнение в бесспорную аксиому. При этом неизменно приводятся ссылки на имена Моисея Хоренского (Мовсеса Хоренаци), Павстоса Бюзанда, Агафангела (Агатангелоса) или других авторов так называемой «классической» армянской литературы.
Но независимо от того, является ли рассуждающий ученым или простым обывателем, вы никогда не услышите даже намека на то, что мировая историческая наука не согласна с этими источниками, не принимает и опровергает представленные в них сведения.  
Тем не менее, несмотря ни на что, армянское сообщество, известное своей сплоченностью и вековым присутствием в политических, экономических и академических сферах России, Европы и Америки, продолжает упорно тиражировать собственные представления о фантастической «древности» своего народа, одновременно с этим перечеркивая историю других народов. Но понятие «армянская традиция», уже более века используемое в научных и популярных публикациях, возникло вовсе не для обозначения этой своеобразной особенности национального характера армян.
Определение «армянская традиция» – это термин, который был введен в употребление европейскими исследователями в XVIII веке для обозначения проникающих в сферу исторической науки многочисленных армянских сочинений фольклорного характера, не имеющих под собой строго научной доказательной основы.
Именно по этой причине, упомянутая «классическая» литература, из которой произрастает армянская историография, относится мировой исторической наукой в разряд национально-традиционных представлений.
Ссылки на сведения из армянской литературы «классического» периода (относимого традиционной школой к V-VI векам) – это и есть ссылки на источники «армянской традиции», составленные из мифов, подлога, плагиата, вымыслов и фольклорных сказаний, не имеющих под собой исторических доказательств или противоречащих исторической информации. Но поскольку подавляющее большинство сведений из источников «традиции» не подтверждается или опровергается исторической информацией, то не случайно, что «армянская традиция» со времён своего возникновения существует, как специфичное явление, обособленное от исторической науки и остается замкнутой в самой себе. Но в то же само время, как было отмечено, «традиция» лежит в основе армянской национальной исторической школы.
Мы еще будем говорить о примерах, подтверждающих несостоятельность «традиционных» взглядов на историю. Но в качестве типичного образца фольклорного сочинительства можно привести образ сказочного персонажа Хайка, впервые возникший в сочинении Моисея Хоренского «История хайев» (Патмутюн хайотц), искусственно относимого «традицией» к V веку, хотя подлинное время написания датируется специалистами по меньшей мере X веком (а при более пристальной проверке еще несколькими веками позже).
«Традиция» не ограничилась вымыслом мифического персонажа, имя которого не упоминается более нигде, ни в одном из десятков тысяч письменных источников (включая Святое Писание) многочисленных народов и цивилизаций, процветавших в регионе Малой Азии, Кавказа и Ближнего Востока (в отличие, например, от греческого Геракла или египетской Изиды). Поскольку мифология народов региона не содержит даже тени намека на присутствие некоего Хайка, то его создатели, с присущим хитроумием, изобрели поистине беспрецедентный в практике мифотворчества способ сотворения сказочного образа.
Не стиснутая моральными ограничениями, «традиция» не гнушалась в сочинительстве практически ничем, и потому не случайно, что, изобретая образ Хайка, она опустилась до банального кощунства. Был растоптан и отметен в сторону общий для всего христианского мира принцип неприкосновенности канонизированных священных текстов: хайский этнический миф был сотворен путем наглой подтасовки самого сокровенного средоточия христианской идеологии – Святого Писания.
На страницах «Патмутюн хайотц», используя циничную и характерную методику бесцеремонного подлога, «традиция» внесла грубые искажения в содержание священной книги христианства – Библии. Существенной особенностью измышления о Хайке было то, что «армянская традиция» изначально задумала представить эту небылицу, как часть общехристианской мифологии. Именно поэтому фантом прародителя хайев оказался беспардонно втиснутым в родословие сыновей Ноя в качестве сына Торкома и внука Яфета.
Вульгарный подлог, совершенный прямо на материале библейских текстов, свидетельствует о том, что для оголтелого этнического национализма не существует ничего святого. Главнее святой Библии для мошенников было то, что подлог стал основанием для заявлений, будто вымышленный «прародитель» принадлежал к дому Торкома (кстати, именно это обстоятельство указывает на то, что это не миф доисторических времен, а подлог, изобретенный в поздне-христианскую эпоху).
Для осуществления этого замысла на страницах «Истории хайев» Хоренского было сделано то, что позволяет без преувеличения говорить о кощунственном отношении к Святому Писанию. Кромсая неприкосновенные строки, «армянская традиция» перекроила родословие от Яфета и, цинично изменив представленные в нем родственные связи, внедрила в него вымышленного Хайка и его вымышленных потомков. При этом в рамках узконационального подхода к истории считается, будто для принятия подобного подлога достаточно заверения со стороны самих махинаторов о том, что оно «заслуживает доверия». Наряду с этим в пределах «армянской традиции» царит закоснелое убеждение, что не только в ней самой, но и во всем христианском мире обязаны послушно принимать и поддерживать подложную мифологию хайев, построенную на святотатстве.
Но каким бы ни было самомнение «традиции», тот бесспорный факт, что национальный миф о Хайке произрастает из кощунства, зафиксированного основоположником национальной истории Моисеем Хоренским (приобщенным армянской церковью к лику святых), ставит ее в особое положение, отделяя от всех прочих национальных мифологий и традиций. Если истоки других, подлинно древних мифологий практически невозможно установить, поскольку они теряются в глубинах древности, то в отношении мифа о Хайке и происхождении народа хай в «классическом» источнике «армянской традиции» отчетливо очерчена технология и время его возникновения – миф был порожден в средние века святотатством и перекройкой Библии, в результате чего вымышленный Хайк оказался имплантированным в родословие сыновей Ноя.
Именно отсюда, из этого кощунственного подлога берет начало «армянская традиция», лежащая в основе всей армянской национальной историографии. Вряд ли существует вторая подобная историческая школа, которая могла бы сравниться с этой неповторимой «уникальностью» – быть порожденным святотатством. А побочным, но тяжелым эффектом от совершенного подлога стало то, что необдуманные ссылки на авторов и на источники, находящиеся в пределах подобной «традиции», наносили и продолжают наносить непоправимый ущерб репутации историков.
Аббас Исламов

Комментарии: