5 ноября 2014 г.





Международные и региональные СМИ пестрят материалами о реанимации переговорного процесса по карабахскому урегулированию. Действительно, мы уже прошли такие важные вехи, как Сочинская встреча президентов, рандеву в Уэльсе и, наконец, внешне почти дружеские беседы лидеров Франции, Азербайджана и Армении в Париже.
Никто не будет отрицать, что градус зашкаливавшей напряженности на линии противостояния вооруженных сил заметно снизился. Но произошло это после обмена мнениями в Сочи. А что дали встречи в Уэльсе и Париже мы пока точно не знаем, хотя ряд экспертов считает, что именно Запад может придать новый импульс поискам мирного разрешения карабахской проблемы.
О том, насколько реалистичны такие ожидания, дискутировали наши постоянные эксперты в формате традиционного «Круглого Стола».
 

Елена Касумова, доцент кафедры политологии Академии Госуправления при Президенте Азербайджана:
- 40 лет назад родилась «челночная дипломатия» - формула мирного разрешения противоречий между государствами путём серии переговоров с участием посредников и на основе выдвинутых ими условий. Урегулирование карабахского конфликта проходит именно в этом формате, с той разницей, что если в 1974 году Генри Киссинджер курсировал между Израилем и столицами арабских государств, то сейчас карабахская проблема, как мяч, перебрасывается между главными модераторами - Москвой, Вашингтоном и Парижем.
Однако все это происходит на одном концептуальном поле всем известных «Мадридских принципах». Поэтому предположить, что Париж или Вашингтон, наконец-то напрямую заинтересовавшиеся карабахским урегулированием, предложат какой-то универсальный рецепт его достижения, рассчитывать не приходится. Далеко за пределы «Мадридских принципов» выходить они не собираются. Ключей к карабахской проблеме нет ни у одного из глобальных игроков, поэтому я не понимаю либеральных армянских политологов, свято верящих в то, что Запад предложат Еревану какие-то необычайные преференции в пику России. Вплоть до признания т.н. «НКР».   
Проблема в том, что сами стороны конфликта стоят на диаметрально противоположных позициях. Азербайджан готов к работе над «Большим мирным соглашением», что само по себе является максимальным проявлением политической гибкости и серьезным компромиссом, на который только можно было пойти в переговорном процессе. Армения - напротив - всячески торпедирует «Мадридские принципы». Совершенно не случайно, как пророссийские, так и прозападные армянские эксперты, подвергают их самой острой критике. Поэтому любое сближение позиций, которое будут инспирировать США и Франция, превратится только в уступку Еревану. Например, предложение об изменении последовательности реализации «Мадридских принципов» - сначала референдум по статусу Карабаха, потом освобождение оккупированных территорий. Для Азербайджана - это абсолютно неприемлемо.
Такая патовая ситуация, очевидно, может продолжаться бесконечно долго. Поэтому я не возлагаю никаких надежд на инициативы, исходящие от западных сопредседателей. Это челночная дипломатия Генри Киссинджера принесла блестящий результат в виде Кэмп-Дэвидских соглашений. А в нынешнем карабахском контексте - это всего лишь жонглирование малопродуктивными идеями, столь характерное для всех посредников Минской группы ОБСЕ.        
Коста Магдаленос, политолог, юрист, эксперт Американо-Азербайджанского фонда Содействия Прогрессу:
- Могу с уверенностью сказать, что западное политологическое сообщество приветствовало активизацию США и Франции в их посреднической миссии по карабахскому урегулированию. Но это не совсем новый фактор. По-моему, сопредседатель Минской Группы ОБСЕ от США Джеймс Уорлик действует куда активнее, чем его коллеги. Правда, мне понятны некоторые опасения азербайджанской стороны, инспирированные записями господина Уорлика в Twitter. Например, тот факт, что он настойчиво избегает термина «оккупация» даже в отношении захваченных районов, вошедших в т.н. «пояс безопасности».
Я вполне принимаю и настороженность азербайджанских коллег по отношению к французской посреднической миссии. Им, конечно, известно безапелляционное заявление французского политолога Кайца Минасяна: «Франция является европейским куратором Армении. Высокий уровень двусторонних отношений объясняется целым комплексом факторов, но главной движущей силой является армянская диаспора». И надо признать, что французский эксперт не далек от истины.
Но мне не совсем понятно другое - почему азербайджанская сторона, устами своего военного министра, категорически отвергла предложения его армянского коллеги о принятии мер доверия на линии вооруженного противостояния. Снижение напряженности непосредственно в Карабахе смогло бы далеко отодвинуть угрозу возобновления военных действий. Очевидно, что подобная принципиальность не способствует сближению позиций враждующих сторон.  
Как известно, следующая встреча президентов Армении и Азербайджана состоится почти через год в сентябре 2015 в Нью-Йорке, в рамках очередного заседания Генассамблеи ООН. Это означает, что переговорный процесс вновь начнет тормозиться. Но как ни странно, я приветствую некую паузу, которая, кстати, все равно будет заполнена усилиями сопредседателей МГ ОБСЕ. Для Азербайджана - это определенное преимущество, потому что ему нелегко отстаивать собственную позицию на фоне мощной идеологической, пропагандистской кампании, которая развернется по случаю 100-летия трагических событий 1915 года. К тому же до осени полностью прояснится позиция Анкары по нормализации армяно-турецких соглашений.
На мой взгляд, осенью следующего года Азербайджан точно будет знать, с какими картами в руках он окажется на новом переговорном раунде. 
Ризван Гусейнов, политический аналитик, журналист:
- Активизация посреднической роли высших и высоких лиц стран-сопредседателей МГ ОБСЕ, по всей видимости, связана с тем, что медленно, но верно меняется расклад сил в армяно-азербайджанском конфликте. Усиление военно-политических позиций Азербайджана, несомненно, является первостепенной причиной изменения расклада сил в конфликте. Взятый азербайджанским руководством курс на наращивание военно-технического потенциала армии, закупка наступательных видов вооружений и модернизации войсковых соединений конкретно говорят о разочаровании официального Баку посреднической миссией МГ ОБСЕ.
На фоне этого вполне ясны попытки России, США и Франции снять напряженность в армяно-азербайджанском конфликте. Однако, по всей видимости, целью Москвы, Вашингтона и Парижа, является не продвижение разрешения конфликта, а сохранение статус-кво. Это вовсе не устраивает официальный Баку, который вполне резонно считает, что силовое давление на агрессора, т.е. Армению, приносит больше пользы, чем бесконечные переговоры.
Переговорная политика отягощена еще и той причиной, что Россия, США и Франция скорее стремятся укрепить свое влияние на стороны конфликта, чем решить вопрос. При этом страны-сопредседатели МГ ОБСЕ не имеют общего понятия о том, как совместить свои интересы с вопросами разрешения нагорно-карабахского конфликта. В частности, Россия не намерена упускать лидерство в посредничестве по организации встреч президентов Азербайджана и Армении. Именно по этой причине Москва не даст Западу достичь каких-либо подвижек в переговорах без российского посредничества.
Учитывая почти тотальную зависимость властей Армении от Кремля, нетрудно предположить, что прошедшая встреча в Париже не принесет подвижек. Именно в преддверии встречи в Париже, армянская сторона начала, так называемый, судебный процесс над двумя азербайджанцами, захваченными армянскими ВС в плен в оккупированном Кельбаджарском районе, тем самым фактически усугубляя негативный фон на встрече президентов И.Алиева и С.Саргсяна во Франции.
Я весьма скептически отношусь к посреднической миссии МГ ОБСЕ в целом, а тем более к роли США и Франции в разрешении нагорно-карабахского конфликта. При упоминании деятельности трех стран МГ ОБСЕ, первое, что приходит в голову - русская басня И.Крылова «Лебедь, Щука и Рак», где каждый тянет воз на себя, в итоге ничего не сдвигая с места.
Алексей Синицын, главный эксперт Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу:
- Я глубоко убежден, что все «меры по восстановлению доверия» между сторонами конфликта возможны только, если будет начата совместная работа над «Большим мирным соглашением». Иначе они не имеют никакого смысла и будут восприниматься Ереваном не как «жесты доброй воли», а в качестве личного тактического выигрыша.
Активное включение США и Франции в переговорный процесс можно было только приветствовать, если бы не некоторые «но».
О политических симпатиях Парижа, действительно, хорошо известно. Но меня смущают и другие нюансы. Встреча в Уэльсе президентов Алиева и Саргсяна под эгидой госсекретаря Джона Кэрри, как известно, заранее не планировалась. Господин Кэрри сам ее инициировал, чтобы выяснить позиции сторон. А, что, раньше понять «кто есть кто» в карабахском конфликте возможностей не было? Весь переговорный процесс отдан на откуп улыбчивому американскому сопредседателю Джеймсу Уорлику?
Я бы, в отличие от некоторых наших коллег, не относился бы к его записям в Twitter с некоторой долей иронии, в полном соответствии со смысловым названием этой популярной сети. Ведь  «Twitter» в переводе с английского - «чирикать», «щебетать», а еще и «бездумно болтать». Здесь все гораздо серьезнее.
Господин Уорлик достаточно мягко, но уже не раз давал понять, что хочет видеть представителей «НКР» за столом переговоров. Это - осознанная позиция Запада, на которую Баку никоим образом не должен идти. Если в переговорный процесс вступят представители «НКР», на нем можно ставить крест. Это - бездна, из которой невозможно вернуться к изначальной точке переговоров. Они будут торпедировать любые предложения.
И еще один подводный камень я вижу в откровенном желании Запада добиться открытия армяно-турецкой границы вне контекста карабахского урегулирования. Кому-то это может показаться шагом к общему оздоровлению обстановки в регионе, далеко перекрывающем пространство Южного Кавказа. Но он не отвечает интересам не только Баку, что вполне понятно, но и Москвы, которая весьма настороженно смотрит на политический дрейф Еревана в сторону Запада. В этих условиях она, конечно, будет стремиться сохранить статус-кво в карабахском конфликте.
Мне кажется, что Баку должен добиваться одного - начала работы над «Большим мирным соглашением». Но будет ли его позиция принята Западом - это риторический вопрос, на который отрицательный ответ почти неизбежен. Во всяком случае сегодня. 

Комментарии: