23 октября 2017 г.


Газета "Эхо", октябрь 22, 2017

Фуад АХУНДОВ, политолог

Наверное, люди старшего поколения помнят серию рекламных роликов банка «Империал» — «с точностью до миллиметра», «с точностью до секунды», «с точностью до короля» и т.д. Ролики вскоре из эфира ушли, банк признали банкротом, но в современном фольклоре остались и «ждем-с», и «случилось страшное!», и уж точно «с точностью до секунды!»

Не беремся утверждать, вдохновлялись ли этими роликами ереванские политтехнологи, но здесь решили удивить мир, объявив, что едва ли не с точностью до секунды установили дату… основания «крепости Эребуни», с которой якобы и началась история нынешней столицы Армении. И даже приурочили к этой дате местный день города, который отметили 13-14 октября.

По версии ереванских ученых, вблизи Еревана откопали плиту с клинописной надписью, а когда ее расшифровали, то объявили: согласно ей, урартский царь Аргишти основал крепость Эребуни, и произошло это в аккурат 12-14 октября аж 782 года до новой эры! Мы самые древние в Европе, если не в мире! Рим, Дамаск, Конья и Иерусалим нервно курят в уголке, армянские ученые наслаждаются своей невероятной древностью и готовятся отметить круглую дату, которая, как по заказу, следует точно вслед за «расшифровкой».

«В 1968 году Еревану исполнилось 2750 лет!», — радостно возвещали в Армении. Теперь отметили 2799 лет, в следующем году будут праздновать 2800 — пышно, помпезно, с множеством «мероприятий».

Только вот одно плохо: к подлинной истории нынешней столицы Армении вся эта свистопляска не имеет ровно никакого касательства.

Прежде всего, ученые-историки знают: датировка древних надписей — дело сложное. Сначала полустертую клинопись надо восстановить. Затем — прочитать. Перевести на современный язык. И только потом соотнести древний календарь с современным.

О том, чтобы установить дату постройки крепости с точностью до дня, не может быть и речи, тем более что такие точные даты в древности, как правило, и не фиксировали. Да и прочитать, что на древней плите было написано именно «Эребуни», тоже сложновато. Гласные буквы в клинописи часто пропускаются, и разобрав там буквы «Р», «Б» и «Н», рановато восклицать, что это именно «Эребуни», а не, скажем, «Ирпуни». Обмануть при помощи такой примитивной фальшивки профессиональных ученых не получится даже теоретически. Но в Ереване, как бы это помягче выразиться, полагаются на свое особое строение гортани и рассчитывают на то, что профессиональные ученые в обществе не преобладают. А «пипл схавает».

Есть такой совет на все случаи жизни: ищи большую ложь там, где проявилась маленькая. Считать ли фокусы с датировкой с точностью до дня клинописной надписи VIII века большой или маленькой ложью, можно, конечно, поспорить, но в том, что это лишь «вишенка» на огромном и дурно пахнущем «торте» армянских фальсификаций истории города, который сегодня является столицей Армении, сомнений нет.

И как ни парадоксально это звучит, назвав датой основания крепости «Эребуни» именно 12-14 октября, армянские фальсификаторы, что называется, проговорились по Фрейду. Потому как 1 октября 1827 года после долгой осады русскими войсками пала азербайджанская Эриванская крепость. А если перевести эту дату со старого календаря на новый, то получается как раз 14 октября. А именно после падения Иревана и начала переселения на земли Эриванского ханства армян из Османской Империи и Ирана и началась эпоха «переписывания истории» Иревана, достигшая своего апогея в наши дни.

Впрочем, расскажем по порядку и опираться будем не на чьи-то фантазии, а на проверенные и достоверные архивные источники. Из которых следует, что крепость Иреван, давшая начало городу, называемому сегодня Ереваном, была построена по приказу Шаха Исмаила Хатаи его полководцем Реван гулу ханом в 1504-1511 годах. Это было очень серьезное оборонное стратегическое сооружение на стыке Османской и Сефевидской империй. В течение долгого периода крепость играла очень важную роль в регионе, где веками жили азербайджанские тюрки. Город расширялся, отстраивался, здесь возводились мечети, караван-сараи, дворцы, бани, жилые дома. Архитектуру Иревана современники признавали уникальной.

После того, как Эриванская крепость была взята русской армией, это великолепное оборонительное сооружение разбирать и разрушать не торопились. Город начали «подтачивать» изнутри — из Иревана начался отток коренного азербайджанского населения, взамен город заселялся армянами из Османской империи и Ирана. Архитектурные жемчужины Иревана, которые слишком наглядно свидетельствовали о «неудобном» тюркском прошлом города, просто приходили в запустение и разрушались от времени.

Показательно, что такое пренебрежение к великолепным памятникам истории и культуры возмущало в России многих. Из переписки 1903-1913 гг. между Императорским московским археологическим обществом, с одной стороны, и Кавказским наместничеством, Эриванским губернатором и начальником Инженерного округа Эривани — с другой, становится видна вся картина плачевного состояния Эриванского дворца и его построек.

Инспекцию состояния архитектурных памятников Эривани было поручено провести российскому академику, всемирно известному ученому Николаю Марру. Состояние Иревана привело его в ужас.

Марр отмечал: «Все эти памятники могли быть сохранены прекрасно. Можно и следует сохранить теперь то, что осталось: в археологии и развалины имеют громадное значение, но, быть может, окажутся средства предотвратить окончательное разрушение. Прежде всего нужна охрана: ограда (частью имеется с воротами), сторож и недопущение разноса и загрязнения. Помимо чисто научного значения перечисленных памятников следовало бы иметь в виду и иные, с государственной точки зрения не менее важные, интересы. Престиж России, как западной цивилизованной страны, требует того, что если нельзя ее именем ничего творить славного на восточно-культурной окраине по части культурных предприятий, то, по крайней мере, не бесславить ее как разрушительницу. Такое требование чести лишь усиливается нахождением памятников в пунктах со значительным мусульманским населением (т.е. в городе Эривани. — Н.М.), причем в ближайшем соседстве с Персией и Турцией. Бережное отношение, в частности к Сардарскому дворцу, диктуется и памятью о русском императоре (т.е. Николае I, который в 1837 году побывал в Эривани и оставался в Сардарском дворце) и русском писателе (т.е. А.С.Грибоедове, комедия которого «Горе от ума» единственный раз прижизненно с его участием была поставлена в Сардарском дворце)…».

Н.Марр подчеркивал: сохранение культурного наследия народов, населяющих территорию России, будет только способствовать ее престижу. И то, что прославленный академик использовал такие сильные выражения, как «разрушили», «разбили», «украли», «варварски», показывает, как относились к этому наследию и «прихватизировавшие» город армянские переселенцы, и подкупленные ими царские чиновники.

Оказались к сожалению, прозорливыми произнесенные академиком Марром слова о том, что «очевидно, мы имеем дело с систематическим разрушением местных древностей. Эта разрушительная деятельность заметает постепенно в конце следы менее видных, но не менее научно интересных древностей».

И даже когда в начале XX века лично по указанию российского императора Николая II была сделана попытка реставрировать Эриванскую крепость, откровенный саботаж Кавказского наместничества и властей Эривани не позволили провести тогда реставрацию ханского дворца.

Но это было только начало трагедии. Уже через несколько лет начинается распад царской России, и, воспользовавшись хаосом, дашнаки устраивают кровавую резню коренного азербайджанского населения на территории исторического Азербайджана, где ныне расположена Армения. Но и этого мало. Уже после установления советской власти, к 1930-40-м годам маховик разрушений исторической застройки Иревана, переименованного в Ереван, принимает прямо-таки индустриальные масштабы. Одновременно с вытеснением коренного азербайджанского населения дан старт «реконструкции» Еревана, под «соусом» которой разрушается практически вся его историческая застройка. А вместо подлинной истории города начали усиленно создавать мифы, направленные на ее «арменизацию» и «удревнение» — чтобы «доказать», будто бы «древние армяне», «криптоармяне» и т.д. появились здесь раньше истинных основателей и хозяев города — азербайджанцев.

Началась эта кампания еще в 1950-е гг. по заданию советского правительства. Тогда вблизи Еревана «случайно», но очень своевременно, и была сделана «сенсационная находка». Археологи во всех смыслах «откопали» клинописный камень якобы времен урартского царя Аргишти, в котором тот и указал точную дату закладки мифического Эребуни. На месте начались лихорадочные раскопки, и вот уже в 1968 году состоялось открытие музейного комплекса «Эребуни». Для пущего престижа пригласили и ведущих советских ученых. Только не рассчитали, что на ученых трудно произвести впечатление дешевой бутафорией.

Так, среди участников мероприятия оказался академик Академии наук СССР Исаак Израилевич Минц — величина номер один в советской исторической науке, ученый с мировым именем. Его, конечно же, привезли на место раскопок, где уже красовалась «воссозданная крепость Эребуни». И здесь академик Минц спросил: «А что это за постройки и фигуры здесь — кто их установил?». Потом уточнил: «Это оригиналы?».

«Принимающая сторона» оказалась в замешательстве. Сказать «да» было рискованно: такой ученый, как Минц, «расколол» бы фальшивку, как гнилой орех. Пришлось признаваться: «Нет, это мы сами тут установили наподобие тех, что были в древней Ассирии и Вавилоне». Минц промолчал, но во время банкета после конференции сказал, что отсутствие фактов древности при раскопках Эребуни открывает большое поле для фантазии. Армянские ученые, конечно же, обиделись, но вынуждены были молчать.

Тем более что академик Минц, для которого историческая правда была выше бытовых понятий «неудобно», «нехорошо» и «они нас коньяком угощали», прямо заявил: у него сложилось впечатление, что никаких реальных доказательств древности Еревана у армянской науки нет. Армянские коллеги пытались тогда убедить его, что это, мол, просто временная бутафория для туристов, но сегодня именно эту бутафорию выдают за доказательство ереванской «древности». С помощью которой обманывают не только и не столько туристов, сколько собственных граждан.


И над примитивизмом ереванских фальшивок можно было бы посмеяться, если бы вся эта кампания не была бы частью стратегии ереванских националистов по «приармяниванию» чужих земель. Если бы эта стратегия не привела бы к национальной катастрофе для самой же Армении, бедной, зажатой, отлученной от региональных экономических и инфраструктурных проектов, откуда люди уходят даже пешком по железнодорожным путям. И если бы армянская агрессия не стоила странам региона десятков тысяч убитых.

Комментарии: