11 ноября 2015 г.

Россия сегодня прилагает все усилия, чтобы уговорить западных партнеров вместе остановить войну в Сирии. По всей видимости, в обмен на гарантии неприкосновенности российских баз и интересов в Сирии, официальная Москва готова уступить Башара Асада и пойти смену правящего режима в этой стране. Однако кажется весьма туманным, чтобы Запад и Россия смогли быстро договориться насчет кандидатуры нового президента Сирии. Тут речь идет не столько о новом президенте, сколько о политических силах, которые придут к власти – а вот тут уже весьма проблематично гарантировать неприкосновенность российских военно-политических интересов в Сирии.

Директор Центра истории Кавказа, научный сотрудник Института по правам человека НАНА, политический обозреватель Ризван Гусейнов ответил на вопросы Minval.az по ближневосточной тематике.
—  Россия всегда поддерживала Сирию в лице Башара Асада, но вдруг Путин решается на бомбежки позиций ИГИЛ, запускает ракеты с Каспия, демонстрируя силу. Вопрос с Украиной не решен, кроме того, на Россию наложены санкции Запада из-за Крыма. Так  зачем же лезть в Сирию? В чем причина?
— Я думаю, Россия, как и любая другая держава, в первую очередь защищает свои геополитические интересы. На данный момент гарантом российской политики и военных баз на территории Сирии является президент Башар Асад. Более того, Асад оказывает поддержку российским интересам на Ближнем Востоке, и фактически у России нет другой страны, кроме Сирии и ее правящего режима, которая могла бы так широко представлять ее интересы.
В начальный период «арабской весны», даже, когда свергли и убили такую важную фигуру, как ливийский лидер Муаммар Каддафи, Россия не пошла на прямое вмешательство в процессы. Но когда дело дошло до Сирии, было ясно, что Россия просто не сможет себе позволить смотреть на уничтожение своего средиземноморского военно-политического плацдарма. Запад это прекрасно знал, и сделал все, чтобы Россия напрямую вмешалась в процессы на Ближнем Востоке. Возможно, на Западе надеются, что, втянув поглубже Россию в ближневосточный конфликт, смогут серьезно ослабить финансовое положение РФ, а также усилить антироссийские настроения в некоторых мусульманских странах. Так что вовлечение России в Сирию я не считаю спонтанным или неожиданным процессом.

—   Были ли согласованы эти действия с Западом?
— Несомненно, что Россия консультировалась с США и странами Западной Европы относительно силового варианта в Сирии, однако не было достигнуто согласия по всем деталям. Я думаю, что немалую роль в согласии видеть Россию в сирийском конфликте сыграл факт массового потока в Европу мигрантов из Сирии, Ирака и стран Магриба. Чтобы остановить этот процесс, сперва следует пресечь кровавую бойню в Сирии, а сделать это странам Запада сложно, ибо они сами и являются вдохновителями появления ИГИЛ и других террористических группировок. Поэтому, нужно было ввести нового игрока или «мавра», которым и стала Россия, как в знаменитой цитате: «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить» из пьесы немецкого поэта Иоганна Фридриха Шиллера. По всей видимости, руками России намерены значительно ослабить противоборствующие группировки в Сирии. Однако насколько это получится — покажет время, ибо следует учитывать фактор Турции, которая играет немалую роль в регионе и не будет молча смотреть, как под соусом противостояния террористических группировок укрепляется и расширяется ареал курдского государства. Ведь если внимательно посмотреть, то война ИГИЛ и других террористических группировок на территории Сирии и Ирака стабильно укрепляет курдский фактор в регионе, что категорически не устраивает Турцию.
—  На днях британская газета DailyMail разместила статью о том, что боевики ИГИЛ стали такой же глобальной угрозой, как и нацисты во время Второй мировой войны. Поэтому, для борьбы с террористами Западу необходимо сотрудничать с Россией, предлагает газета. Желает ли Запад примириться с Россией и действовать совместно против боевиков?
— Боевики ИГИЛ методично уничтожают мирное население, стирают с лица земли древние памятники истории и культуры. Если не остановить все это, то результаты могу быть плачевными для всей человеческой цивилизации. Однако не следует забывать, что ИГИЛ является порождением спецслужб ряда стран, в первую очередь, западных, которые тоже несут ответственность за происходящее на Ближнем Востоке.
— В западных СМИ бытует мнение, что крушение российского лайнера А321 является результатом теракта. Но Россия отвергает подобные заявления. Как вы думаете, был ли здесь злой умысел от ИГИЛ, в качестве мести за бомбежки их позиций? Или же Запад хочет подобными заявлениями еще глубже завлечь Россию в войну против ИГИЛ и тем самым максимально ослабить ее?
— Скорее всего, это был теракт, и о нем хорошо осведомлены спецслужбы Запада. Другое дело, что ни Россия, ни Египет не заинтересованы в том, чтобы крушение российского лайнера над Синаем получило огласку как теракт, а значит нанесло бы урон двусторонним взаимовыгодным отношениям. Более того, если это был теракт, значит, Россия вынуждена будет принять соответствующие превентивные меры против ИГИЛ, то есть, еще более втянуться в омут ближневосточного конфликта.
К тому же, возможно, у Запада есть планы относительно Синайского полуострова, куда могут перекинуть основные силы ИГИЛ из Сирии и Ирака, поэтому я не считаю случайным рост волны террора в этом регионе. Это является своеобразным месседжем, причины и последствия которого мы узнаем в ближайшее время.
—   Политолог Андрей Пионтковский считает, что теракт 31 октября, кто бы его ни организовал, захлопнул для президента России Владимира Путина сирийскую ловушку. Сможет ли Россия вырваться из этого капкана, или придется вести долгую военную кампанию?
— Россия сегодня прилагает все усилия, чтобы уговорить западных партнеров вместе остановить войну в Сирии. По всей видимости, в обмен на гарантии неприкосновенности российских баз и интересов в Сирии, официальная Москва готова уступить Башара Асада и пойти смену правящего режима в этой стране. Однако кажется весьма туманным, чтобы Запад и Россия смогли быстро договориться насчет кандидатуры нового президента Сирии. Тут речь идет не столько о новом президенте, сколько о политических силах, которые придут к власти – а вот тут уже весьма проблематично гарантировать неприкосновенность российских военно-политических интересов в Сирии.
— Если все же предположить, что боевики ИГ решили отомстить России крушением самолета, то возникнут ли очаги напряженности в самой России? Не вспыхнут ли очередные конфликты на Северном Кавказе и в Дагестане?
— Не думаю, что на Северном Кавказе может вспыхнуть серьезная волна терроризма и конфликтов – сегодня не 1990-ые годы. Россия расположила кадры в Чечне, Дагестане и Ингушетии, которые сами «разбираются» с теми, кто хочет всколыхнуть регион извне. То есть, сформировалась верная Кремлю северокавказская политическая прослойка, способная подавить любой очаг конфликта на месте. Однако политика вещь изменчивая, и нельзя полностью исключать вариант возникновения очагов конфликта на Серном Кавказе.
— Могут ли возможные очаги напряженности перекинуться и на территорию Азербайджана? Есть ли угрозы для страны?
— Да, несомненно, есть угрозы для Азербайджана, как с севера, так и с юга, при этом большую тревогу представляют радикальные религиозные группировки. Я думаю, власти страны могут найти формулу решения или снижения напряженности в этом вопросе не столько посредством арестов активистов, сколько изменив подход к самой проблеме. Надо находить и искоренять причины недовольства, которые приводят к радикализации верующих.
Исмаил Рафигоглу

Комментарии: